Лечение и реабилитация

Часть 5. Эмоции ребенка

    Плохослышащий ребенок не воспринимает потерю слуха в качестве “утраты”, так как этот ребенок никогда не слышал нормально. Для ребенка нормально слышащих родителей потеря слуха означает источник отчуждения, так как она отделяет ребенка от родителей и других детей. Не позднее чем в 4-5 лет ребенок начинает замечать, что он единственный в семье носит слуховой аппарат, причем эта разница обычно констатируется без всякой оценки – хорошей или плохой. Как правило, лишь после того, как ребенок начинает ходить в школу вместе с нормально слышащими детьми, потеря слуха является негативным явлением в глазах ребенка. Потеря слуха нежелательным образом отделяет ребенка от сверстников. Речь плохо слышащего ребенка может отличаться, его потребности требуют “особых” условий. Все это служит сигналом для ребенка, что он не такой, как все окружающие, и более того – что он неполноценный. Начиная с этого момента, здоровая самооценка ребенка может ухудшиться. У него рождается чувство: “Со мной не все в порядке, я неправильный”. Он начинает мучить родителей вопросами, которых они долго боялись: “Что со мной случилось? Почему я отличаюсь от других?”. 

   В первую очередь ребенок просто ищет фактических объяснений, однако родители слышат в его вопросах следующий подтекст: “Что вы такое сделали, отчего у меня возникла потеря слуха?”. Это часто активизирует скрытое чувство вины. На этот вопрос нужно отвечать только по-деловому. В свою очередь, родители могут спросить: “А ты считаешь, что иметь потерю слуха  - это плохо?”.
 
   Ребенку нужно дать возможность высказать свои ощущения. Подобная культура общения должна стать обязательной частью семейной жизни, чтобы обеспечить ребенку возможность здорового эмоционального роста. Первоначальные вопросы о том, чем он отличается от других, обычно спровоцированы негативным взаимодействием со слышащим сверстником. В тех семьях, которые все еще находятся на стадии отрицания или сопротивления, и без того находящаяся под вопросом самооценка ребенка может еще более ухудшиться. Некоторые дети впадают из-за этого в гнев, другие – в депрессию. В любом из этих случаев ребенок и его родители могут воспользоваться профессиональной помощью, которая улучшит их состояние.
 
   Родители плохослышащих детей обычно воздерживаются от того, чтобы оплакивать в их присутствии свое горе, так как боятся их расстроить. Тем не менее, почти все плохослышащие дети знают, что родители горюют из-за их потери слуха. В их возрасте для детей естественно предполагать, что они являются причиной любого семейного переживания. К сожалению, многие дети чувствуют себя виноватыми оттого, что причиняют родителям боль. Родителям нужно объяснить ребенку, что грустят они из-за потери слуха, над которой никто из них не властен, а вовсе не из-за самого ребенка.
 
   Ребенку трудно уяснить эту концепцию, так как потеря слуха является доминирующим признаком его жизни. Тем не менее, это всего лишь объективное свойство, а не проблема, связанная с ребенком. Если родители находятся в стадии отрицания, ребенок ощущает, что он находится под гнетом родительских ожиданий. Часто эти ожидания являются нереалистичными. Например, родители ожидают, что потерю слуха удастся преодолеть, что ребенок будет говорить нормально и, во многих отношениях, окажется тем самым ребенком, которого они предполагали иметь. Это нереальная ситуация для ребенка, который может почувствовать, что у него нет никакой возможности добиться любви и одобрения родителей. Многие плохослышащие дети ощущают, что они каким-то образом подвели своих родителей. Опасение реально сделать это может стать для ребенка постоянной угрозой.
 
   Я часто говорю родителям, что этот ребенок устроит им интересную жизнь. Вопреки всем трудностям, за 40 лет активной работы с семьями, я стал свидетелем того, что многие из детей превосходно справляются с ситуацией. Я думаю, что это является заслугой как родительской заботы, так и силы духа ребенка. Потеря слуха – великий учитель.